Институты меняются, официальный язык исчезает, политические границы могут быть пересмотрены. Однако страхи, рефлексы, сети влияния и отношение к власти нередко сохраняются намного дольше.
Поэтому я изучаю коммунизм не только как историческую эпоху, но и как опыт, последствия которого продолжают влиять на современный мир.
Власть, общество и контроль
Одним из основных направлений моей работы является изучение функционирования советского государства.
Меня интересует, каким образом власть вмешивалась в жизнь людей, перестраивала институты, контролировала информацию и превращала страх в инструмент управления.
Архивные документы показывают не только то, какие решения принимало государство, но и то, как реагировали люди: приспосабливались, молчали, шли на компромисс, сопротивлялись или просто пытались выжить.
Интеллигенция при советском режиме
Отдельное направление моих исследований — политика советского государства в отношении интеллигенции.
Представители интеллектуальной среды находились под наблюдением, подвергались идеологическому контролю, маргинализации или превращались в инструмент официальной легитимации режима. Одни сотрудничали с властью, другие пытались сохранить пространство внутренней свободы, а третьи платили высокую цену за отказ подчиняться.
Меня интересует именно эта зона напряжения между творчеством и послушанием, между истиной и цензурой, между ответственностью интеллектуала и давлением государства.
Голод 1946–1947 годов
Голод 1946–1947 годов является одной из центральных тем моей научной деятельности.
Я изучаю его не только как демографическую катастрофу, но и как результат политических, экономических и административных решений, которые превратили нехватку продовольствия в масштабную социальную трагедию.
За статистикой стоят разрушенные семьи, осиротевшие дети, ослабленные сообщества и отчаянные стратегии выживания.
Меня также интересует, каким образом эта трагедия замалчивалась, преуменьшалась или исключалась из общественной памяти.
Депортации и политические репрессии
Депортации и советские репрессии показывают, как государство могло превратить обычных людей во «врагов» с помощью одной административной формулировки.
Я исследую механизмы отбора жертв, язык, использованный для оправдания репрессий, и последствия этих политик для семей и сообществ.
Иногда архивный документ содержит всего несколько строк, но за ними может стоять полностью разрушенная человеческая судьба.
Война Российской Федерации против Республики Молдова в 1992 году
Важное место в моих исследованиях занимает война Российской Федерации против Республики Молдова в 1992 году.
Я изучаю причины конфликта, политическое и военное участие Российской Федерации, опыт участников боевых действий и гражданского населения, территориальные и политические последствия, а также то, каким образом формировалась память о войне после 1992 года.
Эта война не принадлежит исключительно прошлому. Её последствия продолжают влиять на безопасность Республики Молдова, внутреннюю политику и отношения между Кишинёвом, Тирасполем и Москвой.
Пропаганда, память и влияние
Пропаганда действует не только через прямую ложь. Она отбирает удобные факты, эксплуатирует страхи и предлагает простые объяснения сложных проблем.
Я изучаю, как советская пропаганда создавала образ врага и контролировала общественное восприятие, а также как эти методы продолжают использоваться в постсоветском пространстве.
Особое внимание я уделяю тому, как Российская Федерация использует память о коммунизме, идентичность, религию, ностальгию и страх войны для влияния на общественное мнение и политические решения.
Восточная Европа после коммунизма
Значительная часть моих исследований посвящена взаимосвязи между коммунистическим прошлым и современными политическими кризисами.
Я пытаюсь понять:
- почему европейская интеграция не приводит автоматически к доверию;
- почему общества, пережившие диктатуру, могут вновь становиться восприимчивыми к авторитарным лидерам;
- как память об утраченной суверенности может быть использована против демократических институтов;
- почему ностальгия, страх и потребность в достоинстве превращаются в политические ресурсы;
- почему влияние Российской Федерации сохраняется в некоторых обществах, вышедших из коммунизма.
Война Российской Федерации против Украины
Война против Украины вернула в Европу явления, которые многие считали частью прошлого: оккупацию, депортации, разрушение, пропаганду и отрицание права государства на существование.
Я исследую последствия войны для безопасности Восточной Европы, Республики Молдова и Румынии, а также для отношений между людьми и сообществами.
Особое внимание уделяю тому, как война меняет отношения между русскими и украинцами, общую память, идентичность и восприятие России.
Источники исследования
Мои исследования основаны прежде всего на архивных документах, а также на свидетельствах, интервью, прессе, официальных источниках, статистических данных, опросах и научной литературе.
Документ остаётся отправной точкой. Он позволяет проверять утверждения, восстанавливать механизмы власти и возвращать голоса тем, кого режимы пытались заставить замолчать.
Для меня историческое исследование означает не только установление фактов. Оно также помогает понять, каким образом прошлое продолжает влиять на выбор, страхи и конфликты настоящего.